-2-

С самого начала Альберт Третт страшно не понравился Илис. У него были глаза убийцы. Он тенью ходил за своим другом и почти не открывал рта. Такие патологически молчаливые люди всегда вызывали у Илис подозрения. Таким был Грэм, и он полностью оправдал эти подозрения, но у него, по крайней мере, были живые глаза, где за напускным холодом пряталась живая человеческая тревога. Третт же напоминал ей Раймонда, наемного охотника за магами — человека, который оставил о себе весьма неприятные воспоминания.

Что до магика, то он был само обаяние. Илис должна была себе признаться, что он, несмотря на свою странную манеру заводить знакомства и копаться в головах у незнакомых людей, все равно вызывает у нее симпатии. Он был огромным, как медведь, и в то же время обладал изысканными манерами, обворожительным голосом и удивительно приятными чертами лица. Настораживали только его глаза — они были то ли насмешливо, то ли оценивающе прищурены, и в глубине их все время что-то мерцало. Но Илис списала это мерцание на отличительную особенность породы ментальных магиков. До сих пор она встречала только пару подобных типов, и оба они были исключительно загадочными личностями.

Данис очень ее заинтересовал. Она знала, что здесь, в Касот, магики живут свободно, ни от кого не скрываясь — спасибо магику-императору, — но все же не ожидала вот так, посреди дня, наткнуться на ментального магика, который сходу распознает в ней родственную душу, да еще находящуюся в бегах. Ей было страшно интересно, что он имеет ей сказать.

Данис привел ее в весьма приличный трактир на одной из центральных улиц. Здесь его хорошо знали: встречать его вышел лично хозяин, который и сопроводил дорогого гостя и его спутников на второй этаж, в тихие приватные апартаменты. Илис очень насмешило, как маленький толстый хозяин колобком крутился вокруг огромного магика, приговаривая через слово: герр Данис, герр Данис… С ней, как и с Треттом, хозяин был предельно вежлив.

Не дав ей и рта раскрыть, Данис назаказывал множество разнообразных блюд на всех троих. Илис не стала возражать: если человек с хорошим аппетитом при деньгах, и если ему так хочется их потратить, пусть его, а она уже немного проголодалась.

— Ну, милое дитя, рассказывай, — обратился магик к ней, насмешливо блестя глазами. — В общих чертах мне все ясно, но что до подробностей — то у тебя в голове такая каша… сам Борон не продерется.

— Во-первых, — возмутилась Илис, — я вам не «милое дитя». У меня имя есть!

— Княжна Авнери — так лучше? — убийственно спокойно спросил магик.

— Сойдет просто Илис, я же говорила.

— Ладно, Илис так Илис. А что во-вторых?

— Во-вторых, почему это я вам что-то должна рассказывать?! Вообще-то это вы обещали объясниться. Вот и объясняйтесь, зачем вы на улице на людей кидаетесь.

Данис вздохнул.

— Ну… раз обещал… Я могу дать тебе два объяснения. Оба они правдивы, только первое короче, второе — длиннее. Какое ты предпочитаешь услышать?

— Покороче, — решительно заявила Илис. — Чего зря время терять?

— Правильно, — кивнул Данис. — Совершенно с тобой согласен.

Он повел в воздухе рукой и тихо произнес формулу, в которой удивленная Илис, несмотря на свою вопиющую неграмотность в делах магических, без труда опознала одну из разновидностей охраны тишины. Теперь никто посторонний не мог услышать ни слова из их разговора. Илис уставилась на магика во все глаза: это что же такое он хочет ей сказать?..

— Так вот тебе объяснение, Илис, короче и правдивее уже некуда: я — Барден.

Илис порадовалась, что в этот момент ничего еще не ела и не пила, иначе она непременно поперхнулась бы. У нее как-то даже не возникло сомнений, что магик говорит правду, настолько просто и спокойно он назвал свое имя… вернее, прозвище, под которым был известен касотский император.

— Вы — Барден? — выдавила она.

— А что, не похож?

— Хм… ну… как-то… не очень.

Данис ухмыльнулся, и Илис отметила про себя, какие хорошо выраженные и острые у него клыки. Между тем, она не кривила душой нисколько. Касотского императора она никогда не видела, но, когда ей случалось думать о нем, он представлялся ей маленьким, худосочным старикашкой с бледным, злым и изможденным лицом. Перед ней же сидел крепкий, весьма привлекательный мужчина, похожий больше на воина, чем на мага. И все же расслабляться не следовало, поскольку Барден стяжал себе славу жесткого правителя и жестокого человека. И если это был действительно он, то… ой-ёй-ёй, мысленно сказала себе Илис. Во что же это я влипла на этот раз?

— Ладно, — сказала она. — Объяснение принято. Я слышала, что вы очень любите собирать под свое крылышко разного сорта магиков… и не только бесхозных.

— Я никого не принуждаю.

— Еще бы! Послушайте, а как же вы все-таки так быстро определили мою… бесхозность?

Барден молча постучал себя пальцем по лбу.

— Это так быстро срабатывает? — восхитилась Илис. — Вот здорово! А я могу этому научиться?

— А ты ментальный магик?

— Да вроде нет.

— Тогда вряд ли.

— Жаль… — притворно вздохнула Илис. Она дурачилась вовсю, и ей очень нравилось, что собеседник ей явно подыгрывает. В последнее время ее окружали по большей части мрачные, молчаливые и хмурые люди, которые решительно не понимали шуток, и они надоели ей хуже горькой редьки. Осторожно! напомнила она себе. Это — Барден. Смотри, как бы не дошутиться с ним до слез!

— У тебя все еще может быть, — серьезно заявил Барден, но глаза у него так и сверкали насмешливыми всполохами. — Так мы можем теперь поговорить о тебе?

— Спрашивайте, а я подумаю, отвечать ли вам.

— Ладно. Для начала: посвящение ты, конечно же, не прошла?

— Конечно, нет.

— И обучение твое, разумеется, не было систематическим?

— Разумеется.

— Я так и знал, — Барден удовлетворенно откинулся на спинку скамьи и прикрыл глаза. — Тебя прямо-таки переполняет первобытная не укрощенная сила.

Илис посмотрела на него с подозрением.

— Какая еще первобытная сила? С чего вы взяли?

— Вижу. А скажи мне, Илис, у тебя случаются неконтролируемые выбросы силы?

— Да… когда я нервничаю… — Илис подумала еще и добавила: — Как-то раз я даже телепорт открыла… случайно…

Она почему-то — сама не зная, почему, — чувствовала доверие к этому человеку. Я схожу с ума? спросила она себя озабоченно. Или это его ментальные штучки?

Барден открыл глаза. В них светился неподдельный интерес.

— Случайный телепорт, а? И осталась жива после этого?

— Как видите. Со мной было еще три человека, и все они тоже остались живы. Только помяло их немного…

— Как интересно! Воистину чуду подобно! А можно поподробнее?

— Слушайте, да зачем вам? Если вас так волнует моя бесхозность, так я вам сразу скажу: не пойду я ни в какую магическую школу! Не пойду! И не старайтесь, не запихнете!..

Барден чему-то усмехнулся и вдруг спросил:

— А ко мне в ученицы пойдешь?

— К вам? — Илис почти потеряла дар речи. — А вы что, набираете учеников?

— Вообще-то нет.

— Так почему мне вдруг такая честь?

— Потенциал в тебе хороший чувствуется. Будет жаль, если он пропадет впустую.

— Да вы знаете меня меньше часа! — вскричала Илис.

— Вполне достаточно. Не забывай, я все-таки магик с более чем тридцатилетним стажем. Я таких, как ты, вижу насквозь

— Так уж и насквозь?

— Почти насквозь. Вот послушай, что я тебе скажу. Твой дядя — император Истрии, он страшно хотел запихнуть тебя в башню, или на худой конец в магическую школу. Но твои родители — мудрые люди — услали тебя подальше от дома. Твоему дяде такое самоуправство не понравилось, и он тебя разыскивает, где только возможно, даже и на материке. Так?

Илис смотрела на него во все глаза. И как это он с такой проницательностью еще не объявил себя Тринадцатым в пантеоне Двенадцати?

— Вы что же, все это у меня в голове прочитали? Вы же обещали не пользоваться ментальной магией!

Барден вдруг расхохотался, задорно, как пятнадцатилетний. Зачем-то он полез за пазуху и вытащил оттуда несколько сложенных листов желтоватой бумаги, которые он и кинул Илис через стол, едва не угодив в стоящую перед ней миску со сметаной. Илис, недоумевая, развернула листки, пробежала их глазами… и вскочила с места, как укушенная. Она не знала, смеяться ей или плакать. Альберт смотрел на них непонимающим взглядом, и на всякий случай сохранял невозмутимый вид.

— Вы… вы… мистификатор!.. — выпалила Илис, бросая письмо обратно на стол.

— Сядь! — велел Барден, и она немедленно повиновалась, сама не зная почему. Он уже почти успокоился. — Ты, полагаю, узнала почерк своего дяди? Представь: на днях я получаю от него письмо с просьбой о помощи. Он объяснил мне ситуацию и попросил меня, в случае, если тебя обнаружат в моем королевстве, немедленно сообщить ему. В письме, между прочим, есть твое достаточно подробное описание. Вот, видишь, какое совпадение вышло.

— Да уж, совпадение! Так все, что вы наплели мне тут… — продолжала кипеть Илис. Теперь она ясно видела, что Альберт Третт тоже изумлен. Ага, стало быть, он тоже принимал все заявления Бардена за чистую воду и восхищался его проницательностью.

— Ну нет, не все я мог узнать из письма, что ты. Твой магический ореол я увидел еще до того, как сообразил, кто ты такая. И насчет потенциала я своим умом додумался.

— Поздравляю, — ехидно сказала Илис и снова встала. — Простите, но вынуждена вас покинуть. При случае передавайте моему дяде привет, пожелания счастья и здоровья и все такое. И еще передайте, что я к нему не вернусь. Вот. До свидания, было приятно познакомиться.

Барден смотрел на нее задумчиво, и что-то в выражении его лица было такое, что Илис, уже вылезшая из-за стола, вдруг заколебалась и остановилась.

— Что? — спросила она. — Что вы так смотрите? Уж не намерены ли силой тащить меня на Латер?

— Силой? — Барден удивленно поднял брови. — Зачем мне это нужно?

— Откуда я знаю, может, вы с моим дядей старые приятели.

Барден коротко хохотнул.

— Даже если так — мне что, больше заняться нечем, как только силой таскать девчонок с материка в Истрию? Пусть приезжает сам и забирает, если уж ты ему так нужна.

— И если найдет меня, — добавила Илис.

— Так ты, значит, отказываешься пойти ко мне в ученицы?

— А вы серьезно об этом говорили?

— Серьезно.

С минуту Илис стояла неподвижно, сцепив руки за спиной и внимательно разглядывая Бардена. Тот глаз не отводил. Поза его была расслабленной, лицо — спокойным. Он просто сидел и ждал, что она скажет, и его желтые глаза загадочно мерцали. Это был самый уверенный в себе человек из тех, кого Илис знала в жизни. И это притягивало. И, что хуже всего, он вовсе не выглядел страшным. А ведь на его совести, если верить историям, которые рассказывали о нем повсеместно, лежали жуткие преступления. То есть, преступления помимо того, что в течение многих лет он вел войны с соседними королевствами, подминал их под себя, подавлял бунты, делил и переделивал земли, затыкал рты аристократам, карал и миловал бунтовщиков (почти всегда карал, милосердия в нем, говорили, не было ни на грош) — в общем, вел обычную жизнь особы королевской крови. Илис в отрочестве насмотрелась всех этих безобразий дома и рада-радешенька была освободиться и сбежать от всего этого подальше. И вот теперь опять — связаться с властителем королевства, да еще тираном, да еще ментальным магиком (что, пожалуй, равносильно властителю душ человеческих) о котором она слова доброго не слышала? Впрочем, нет, слышала. Магиков-то он таки поднял, и поднял высоко… Было о чем задуматься!

Но до чего же он, зараза этакий, обаятелен!.. К тому же, стать ученицей одного из сильнейших на материке магов — как соблазнительно! Как-то Илис довелось читать некоторые труды Бардена по проблемам общей и ментальной магии. По молодости лет и по недостатку теоретической и практической базы она мало что поняла, но вынесла из них мысль, что у их автора с общей и ментальной магией все в порядке, и что старичку-магику, который при случае занимался с ней, до него еще расти и расти… и никогда не дорасти. Не говоря уже о ней самой.

Илис еще раз попыталась все про себя детально просчитать. Ну, какие у него могут быть задние мысли? Что ему может быть от нее нужно? Да ничего! Разве что сдать ее дяде-королю, чтобы наладить с ним дружеские отношения. А оно ему надо? Илис не могла припомнить, чтобы она когда-либо слышала о каких-нибудь заключенных Барденом союзах с другими королевствами. Ему очень неплохо было в одиночестве, во главе большой, сильной, богатой империи. Какие еще выгоды он мог получить от Илис? Да никаких. Во всяком случае, Илис их не видела. А она привыкла доверять себе.

— Ладно, — решилась она. — Ваша взяла. Уговорили.

— Вот и прекрасно, — явно обрадовался Барден. — Ну что, милая барышня Илис, по рукам?

Он протянул ей через стол свою огромную волосатую медвежью лапу. Еще секунду поколебавшись, Илис вложила в нее свою руку. Что я делаю?! в панике пискнул последний раз ее внутренний голос и умолк. Рука у Бардена оказалась крепкая, теплая и шершавая. Надежная такая рука. Дружественная, Борон ее побери! Илис поймала себя на странной мысли, что ей вовсе не хочется отнимать свои пальцы. Но Барден первый отпустил ее и снова откинулся на спинку скамьи.

— Это что, все? — поинтересовалась Илис. — Все формальности?

— А тебе что нужно? Договор в трех экземплярах, с подписями обеих сторон кровью?.. Не волнуйся, если что, у нас имеется свидетель, — Барден кивнул на Альберта.

— Подозреваю, что при случае он будет свидетельствовать в вашу пользу…

Барден хохотнул, а Альберт улыбнулся одними губами. Глаза у него при этом остались холодными и оценивающими. Илис даже усомнилась, что недавно видела его хохочущим.

— И как мне вас теперь называть? Ваше величество? Учитель? Господин Барден?

— «Герр Данис» будет достаточно. А «ваше величество» прибереги для особо торжественных случаев — я подскажу тебе, когда настанет момент.

— Договорились. Но только при условии, что вы не будете называть меня и «милой барышней» тоже.